В предыдущих разделах нами были подробно представлены данные об участии основных медиаторов вегетативной нервной системы (катехоламины, ацетилхолин) в регуляции функций кожи и развитии кожных болезней. Здесь мы отметим лишь наиболее общие закономерности в функционировании вегетативной нервной системы при заболеваниях кожи.
Вегетативная нервная система и болезни кожи
Нами выделены пять таких закономерностей [Павлова О. В. 2004b]:
1) тесная связь таких нарушений с изменениями эмоционального состояния, присутствующая даже в тех случаях, когда эмоциональные расстройства не выражены явно (помнить о такой связи в подобных случаях особенно важно, поскольку висцеро-вегетативные изменения могут скрывать, маскировать собою отрицательную эмоцию);
2) в большей или меньшей степени выраженная стереотипность висцеро-вегетативных расстройств, их тенденция к протеканию по определенному руслу, по одному и тому же сценарию;
3) тенденция висцеровегетативных расстройств к хронификации, т. е. к сохранению в течение длительного времени, пусть даже в латентном состоянии, в виде «приобретенной предрасположенности» [Тополянский В. Д., Струковская М. В. 1986];
4) возможность их развития в результате воздействия неспецифического раздражителя даже самой небольшой силы;
5) зависимость вегетативных нарушений от степени осознаваемого либо неосознанного контролирования личностью своих эмоций (что особенно хорошо проявляется на примере больных из разных возрастных групп).
Обоснование этих закономерностей будет предложено читателю в главе 5.
Вегетативная дистония и болезни кожи
По данным В. Д. Елькина, синдром вегетативной дистонии выявляется у 85,5% больных хроническими дерматозами (экземой, псориазом, нейродермитом). При этом отмечается усиление влияния симпатического отдела вегетативной нервной системы, сопровождающееся на психологическом уровне повышением личностной тревожности. Данных по отдельным заболеваниям автор не представил [Елькин В. Д. 2001].
В другой своей публикации этот же исследователь сообщает о положительном влиянии активного двигательного режима на вегетативные функции кожи (электросопротивление, электропроницаемость и нейтрализующую способность) при хронических дерматозах [Елькин В. Д. 2003].Недавно были опубликованы интересные данные о состоянии вегетативной нервной системы при гнездной алопеции. Исходный вегетативный тонус (определяемый при помощи кардиоинтервалографии) характеризовался преобладанием парасимпатического звена при всех формах заболевания. Однако при определении вегетативной реактивности (путем клиноортостатической пробы), как правило, отмечался симпатикотонический или гиперсимпатикотонический тип реагирования [Короткий Н.Г.и др. 2003].
Заслуживают внимания данные о повышении трансэпидермальной потери влаги при атопическом дерматите, связанном, по мнению исследователей, с несостоятельностью липидной фазы межкорнеоцитарного цементирующего вещества [Бутов Ю. С. и др. 20006]. Отметим, однако, возможность того, что повышение трансэпидермальной потери влаги может быть одним из проявлений эмоциональных нарушений, в частности — повышенной тревожности, столь характерной для больных атопическим дерматитом.
При атопическом дерматите наблюдаются повышенная активность α-адренорецепторов и холинорецепторов на фоне угнетения активности β-адренорецепторов [Сергеев Ю. В. (ред) 2002]. По данным А. С. Боткиной, обострение атопического дерматита у детей сопровождается выраженной ваготонией (недостаточность симпатического и повышение парасимпатического влияния); при этом преобладает вегетативная реактивность по гиперсимпатикотоническому типу.
На основании данных о состоянии вегетативного гомеостаза и динамики липидного обмена автор пришла к заключению, что в патогенезе атопического дерматита существенную роль играет хроническая стрессовая реакция с последовательной сменой эрготропной и трофотропной стадий [Боткина А. С. 2003].
При псориазе возможны вегетативные нарушения с несбалансированной гиперсекрецией адреналина, с гиперсекрецией адреналина и норадреналина в равных пропорциях либо с несбалансированной гипосекрецией катехоламинов [Шинаев Н. Н. и др. 2000].
Появляются новые данные о взаимовлиянии вегетативной и иммунной систем [Шинаев Н. Н. и др. 2000]. Основную роль в обеспечении таких взаимосвязей, как уже отмечалось, играют различные информационные субстанции — нейропептиды, гормоны, медиаторы. Их действие было подробно рассмотрено выше. Эти субстанции обеспечивают интеграцию органов и систем, не имеющих непосредственных морфологических связей, поддерживая то или иное функциональное состояние.
Таким образом, современная наука находит все больше конкретных подтверждений общей интеграции процессов и явлений, протекающих в организме как в норме, так и в условиях патологии. Следующий рисунок демонстрирует основные пути, по которым осуществляется нейро-иммунное взаимодействие, и участие в этом взаимодействии симпатического отдела вегетативной нервной системы.
Рис. 2. Участие симпатического отдела вегетативной нервной системы в нейро-иммунных взаимодействиях (приводится по статье: [Elenkov /. J. и др. 2000]). ПВЯ — паравентрикулярное ядро гипоталамуса, НА — норадреналин, ДА — дофамин, КРФ — кортикотропин-рилизинг фактор, ИЛ — интерпейкины, ФНОα — фактор некроза опухоли а, АКТГ — адренокортикотропный гормон, НПУ — нейропептид Y
